Опубликование «высочайшего манифеста» закончилось, таким образом, вполне достойно его авторов:
«Боже, царя храни», дикое убийство, смерть уважаемого и ценного человека...
7. Самооборона.
Как мы видели, темные силы проявили себя сразу же, в первый момент революционного движения в Иркутске, по существу застав иркутскую демократию неподготовленной, невооруженной. Но нерастерявшиеся революционные организации сразу же взялись за создание надежных и сносно-вооруженных кадров дружинников.
Было приступлено к созданию дружин самообороны. Именно — самообороны, а не активных боевых ячеек и организаций, которые могли бы выступить в качестве авангарда восставшего народа. Первой организовалось еврейская самооборона. Организационные ячейки этой дружины самообороны сложились еще в конце 1904 г., когда в связи с предстоявшим празднованием столетия открытия мощей святителя Иннокентия шли упорные толки о подготавливающемся ко времени торжеств прославления иркутского «чудотворца» еврейском погроме.
Вот поэтому-то первыми жертвами иркутских октябрьских дней явились братья Винер — они были членами еврейской самообороны с самого момента ее возникновения. Вслед за еврейской появились эсдековская и эсеровская дружины. Позже возникла так называемая «вольная» дружина, где группировались разнообразные, менее революционные элементы городского населения. Была даже небольшая анархистская дружина. И, наконец, после погрома кавказцев в Глазково сорганизовалась кавказская дружина.
В конце октября в городе усилились разбои, грабежи, убийства.
Полиция занималась саботажем, или же способствовала грабителям и убийцам. Жизнь в городе с наступлением раннего зимнего вечера прекращалась: на улицах безлюдно, словно город вымер, изредка раздаются выстрелы. Иногда слышится беспомощный крик о помощи.
Появились так называемые «кошевочники».
Этот вид грабежа, позднее так развившийся у нас и приобревший своеобразное право гражданства, заключался в следующем: