Розаура. Нельзя не признать, что у вас хороший вкус и что вы — сама любезность.
Лебло. Я, конечно, не могу судить, хороший у меня вкус или нет. Но в Париже меня как будто ценили. Портные там все поддерживают со мною связь, чтобы сообщать мне свои идеи, и не выпускают ни одной модной вещи без моего одобрения.
Розаура. Да, видно, что вы одеваетесь не так, как все.
Лебло. Вот, обратите внимание на покрой талии. (Встает и прохаживается.) Смотрите, как украшают фигуру эти две фалды у камзола. Именно то равновесие, в котором они находятся, было причиною моего удивительного успеха на балу. Вы сами могли видеть.
Розаура (про себя). Было ужасно.
Лебло. Но я теряю время на пустые разговоры и забываю самое главное — сказать, что вы нравитесь мне сверх всякой меры, что вы свет моих очей и что я жажду общения с вами, ибо оно одно способно облегчить мои страдания.
Розаура. Я вам нравлюсь, мосье? Ну, что же, это мое счастье. Вы меня любите? Это — ваша доброта. Но отвечать вам — это не в моей власти.
Лебло. Разве вы зависите от кого-нибудь? Разве вы не сами себе госпожа?
Розаура. Вдова подвергается пересудам больше, чем любая другая женщина. Если я обнаружу расположение к вам — сколько будет разговоров!
Лебло. Зачем же считаться с людьми? Вы должны жить так, как живут все приличные и благоразумные женщины.