Арджентина. «Дорогой синьор Ансельмо, если вы действительно меня любите, для вас не составит труда объявить публично о вашей любви».
Панталоне. «Да, дочка, говорю это в присутствии этих дам». (Бригелле.) Вы говорите «дам»?
Арджентина. Да, синьор, он так сказал.
Панталоне. Ну да, ведь это только комедия. «И в присутствии этих кавалеров». (Арджентине.) И это так?
Арджентина. В комедии это так.
Оттавио. Меня следовало бы так называть не только в комедии.
Арджентина. «Бога ради, давайте кончать скорее наше дело, синьор Ансельмо…»
Панталоне. «И перед лицом всего мира говорю, что этой девушке, которой я всецело отдал мое сердце, я протягиваю в золоок свою руку».
Оттавио. Вы, вероятно, хотели сказать «в залог»?
Арджентина. «А я хоть и простого происхождения, но не так глупа, чтобы отказаться от своего счастья. Принимаю драгоценный дар моего хозяина и тоже протягиваю руку».