Хэстингс уходит.
Она вылезла из пруда и по пояс в тине, точно русалка!
Входит миссис Хардкасл.
Миссис Хардкасл. Ах, Тони, я умираю! Я вся разбита! Из меня душу вытрясли! Я этого не переживу. Тот последний толчок, — когда нас швырнуло на живую изгородь, — доконал меня!
Тони. Да ведь вы, матушка, сами виноваты. Ведь это вам понадобилось вдруг устраивать ночной побег, совсем не зная дороги!
Миссис Хардкасл. Как бы мне хотелось быть снова дома! Никогда еще у меня не было так много происшествий за столь недолгий путь! Утонули в грязи, опрокинулись в канаву, увязли в болоте, растряслись так, что обратились в желе, и вдобавок сбились с пути. Как ты полагаешь, Тони, где мы находимся?
Тони. Пожалуй, мы на Разбойничьей пустоши, милях в сорока от дома.
Миссис Хардкасл. Боже мой, боже мой! Да ведь об этом месте идет самая дурная слава! Недостает только, чтобы нас ограбили, в довершение всего!
Тони. Не бойтесь, матушка, не бойтесь! Двоих из пятерых, что здесь скрывались, уже повесили, а остальные трое могут и не найти нас. Не бойтесь! Никак это человек гонится за нами верхом? Нет, это всего лишь дерево. Не бойтесь!
Миссис Хадкасл. Я умру от страха.