Тяжелые самолеты готовились лететь на полюс. Задерживала погода. 18 мая меня опять послали на разведку к полюсу. Я должен был пролететь возможно ближе к полюсу и сообщить по радио, какая там погода и можно ли лететь туда эскадре.
В это время на острове Рудольфа светило яркое солнце на безоблачном небе, воздух был тихий, прозрачный. Но погода в Арктике обманчива, в эта тишина казалась подозрительной для нашего «бога погоды» Бориса Львовича Дзердзеевского. Он хмурился и тревожно поглядывал и сторону полюса. Что-то там, впереди?
Самолет «СССР-Н-166» соскользнул с горы и легко поднялся в воздух, держа курс на север. Для меня это была уже «знакомая дорожка». Не в первый раз! Опять могучая песня моторов зазвенела над безлюдными ледяными просторами Центральной Арктики. Опять согнулся над картой штурман Волков. Люди на воздушном корабле несли свою привычную вахту. Радист Стромилов посылал радиосигналы:
«Все в порядке».
Самолет был в пути уже более двух часов. Под нами тянулись бескрайные ледяные поля, пересеченные темными разводьями — трещинами. Торосы сверкали на солнце, как огромные драгоценные камин… Мы прошли уже восемьдесят пятый градус, и, казалось, ничто впереди не могло помешать нам лететь дальше. На самом же деле беда уже подкрадывалась к нам. Там далеко, на севере, горизонт быстро темнел. Скоро уже простым глазом можно было различить отдельные облака. Они темным сомкнутым фронтом, как войско, охватив полукольцом небо, быстро двигались на нас. Беда невелика! Пойдем над облаками! Самолет пошел вверх. Но что за оказия! Облака впереди самолета тоже поползли вверх. Казалось, что самолет лезет на снежную гору. И конца этой горы не видно! Дело плохо. Значит, впереди очень толстая облачность, и неизвестно еще, удастся ли самолету лететь выше облаков. А если не удастся? Самолет попадет в облака и может обледенеть. А я уже рассказывал вам, что это за штука.
Пока я раздумывал, что предпринять дальше, сзади меня отворялась дверца, и бортмеханик Кекушев передал мне записку от Стромилова. Радиограмма с Рудольфа от Шмидта:
«Немедленно вернитесь обратно…»
Оказывается, вскоре после моего отлета с острова там быстро испортилась погода. Откуда-то надвинулся туман и с каждой минутой все больше и больше закутывал в свое покрывало остров и окрестности.
Нужно торопиться обратно, чтобы успеть сесть, пока еще видно место посадки — гору, или, как мы называем, «купол» острова. Я сделал разворот и повел самолет обратно. Но расстояние до острова было слишком велико, чтобы успеть долететь туда, пока погода не испортится окончательно. Скоро самолет очутился в ловушке: впереди стеной стал туман, глади путь отрезан облачностью. Некуда лететь… Я нырнул вниз, под туман, и вел самолет над самой водой. Потом попробовал пробить его и выбраться наверх.
