Однако по-моему не вышло. Имеете того чтобы учиться, я сам оказался учителем.
После окончания школы меня вызвал к себе начальник и предложил стать инструктором и учить летать других. Я согласился с радостью.
Явившись на аэродром уже не учеником, а инструктором, я спросил, кто же будет моими учениками. Мне показали две фигуры в ватных пиджаках в смешных ушастых шапках. И очень смутился, узнав в этих фигурах… кого, вы думаете?.. моих старых приятелей — Славку Рахенбаха в Николая Сыроквашу.
Удивляться было некогда. Увидев меня, ребята подошли, вытянулись, приложили ладони к шапкам, отдавая приветствие, и отрекомендовались:
— Товарищ инструктор, явились в ваше распоряжение!
Я тоже очень важно поднес руку к козырьку и чуть было не рассмеялся, глянув на плутовские липа моих приятелей. Смешно стало, когда подумал, что я теперь для них «начальство». С нынешнего дня они должны называть меня обязательно на «вы» и «товарищ инструктор».
Если они провинятся, я должен их наказать. Того же Славку, например, могу послать, как Борода, «вне очереди за керосином». Ничего не поделаешь — дисциплина. Я теперь начальник, а они мои подчиненные. И я теперь не могу сказать моему приятелю:
— Славка, подтяни пояс потуже. Холодно!
Это будет по-товарищески, но совсем не по форме. Я должен сделать строгое лицо и сказать, чеканя снова:
— Курсант Рахенбах! Извольте подтянуть пояс… Вы совсем распустились! Что вы стоите передо мной, как мешок? Уберите ваш живот! Вот так… Здесь аэродром, а не баня. Распоясались!..