— Закрой газ! — крикнул Матвей.
Моторы остановились, самолет выплыл и сам повернулся носом к ветру…
На пароходе видели наше бедственное положение, но ничем помочь не могли. Мы боялись подойти ближе. Волнами нас могло бы стукнуть о пароход и разбить в щепки.
С парохода спустили катер, и несколько матросов, отчаянно борясь с волнами, подплыли к нам, чтобы бросить конец каната и взять на буксир. Но ветер отогнал и нас и лодку с матросами далеко от парохода, и там не знали, кого спасать прежде — матросов или нас.
Наконец нам удалось подойти к корме баржи, где ветер был тише и волны не так били. С баржи нам кинули сразу три каната — два пеньковых и один стальной.
Привязали самолет к этим канатам и по ним же взобрались сначала на баржу, а потом и на пароход.
Трое суток был шторм.
Три ночи мы не спали, а смотрели с борта парохода, как постепенно гибла наша машина.
Мы бессильны были спасти самолет. На этот раз свирепая стихия взяла верх над человеком.