— Уходят!
Сенька приоткрыл дверь в сени, по ногам пошел холод. Слышал как расходились гости, успокаивали Катерину Астафьевну: бояться нечего, отряд у них в 200 сабель.
— После ваших рассказов и ночь спать не будешь, — отвечала Катерина Астафьевна, запирая двери.
Слышно было, как наверху на-скоро прибирали, что-то выносили в кладовку.
Заскрипели ворота, — это Тайдан затворял их за уехавшими гостями.
Все стихло, только назойливо стучали ставни, да ветер все причудливее выводил свои песни.
VI. ТРЕВОЖНАЯ НОЧЬ
Катерина Астафьевна погасила лампу. Ночь была темная, — хоть глаз выколи. Страшные картины большевистских зверств, о которых рассказывали гости, вставали перед глазами Катерины Астафьевны.
Страх все больше сковывал ее, и она с головой укрылась одеялом. За окнами стонало, выло, и кто-то настойчиво тряс ставни.
Что-то скрипнуло, — неужто дверь? Прислушалась — тихо. Отлегло от сердца.