Снова налетел ветер, загремело железом на крыше.
"По крыше ходят!" — подумала Катерина Астафьевна и вся похолодела, замерла.
Крыша опять загремела: ходят! А что если красные?! Может быть, офицеры прозевали.
Зашептала молитву, закрестилась. С ужасом вспомнила, что не закрыто чердачное окно — белье сушили, а окно не догадались закрыть.
Теперь уж ясно различает Катерина Астафьевна, что ходят по крыше: не один, не двое, а много... А там через западню в кладовку, а запоры в ней ничего не ст о ят...
Что-то стукнуло над кладовкой.
— Господи, неужели? — хоть бы умереть раньше, без пыток!
Приподнялась на локти: слышно, в кладовке двигаются, ступеньки лестницы скрипят...
Чувствует Катерина Астафьевна, как волосы на голове приподнимаются...
— Закричать, разбудить ребят? — только напугаешь, а помощь какая же? Шандор внизу. Тайдан в сторожке...