Ребята глазам не верят: Сенька все разболтал Тайдану. Ну, будет ему от них взбучка.
Тайдан по глазам видел, что ребята подозревают друг друга в ябеде, и решил сейчас же все выяснить.
— Никогда вам, ребята, не провести Тайдана! Я знаю, кто лазал в кладовку, я и тогда знал, да ждал, пока вы сами скажете. Нехорошо, ребята! Из-за этого Катерина Астафьевна и сейчас головы поднять не может, не знаю — выживет ли. Вот, что вы наделали! И про чалдона черного все знаю, а ведь мне никто не говорил. Это я Сеньку сейчас на слове поймал. Насквозь вас вижу, — вижу что у вас и на уме. Ну, тут все свои — скрывать нечего, дело прошлое; говори, — кто видел чалдона?
— Мы, — ответили Колька с Гошкой и Сенькой.
— Какой он?
— Серый, хороший конь, только порченый, солдаты нам отдали.
Тайдан в недоумении взглянул на них: чалдон, оказывается, лошадь, а он думал — человек; но виду не подал.
— А черный кто?
— Не знаем, — мужик какой-то, в монастырской сторожке в лесу жил.
Ребята все начисто рассказали Тайдану. Побожились, что в кладовку лазать больше не будут.