Не наклонял он жезла ни вперед, ни назад, но подобно
Мужу, к речам непривычному, вовсе держал неподвижно.
Вы бы сказали, что это неистовый муж иль безумный.
3-220
Но как потом из груди своей голос издал он могучий,
И полетели слова, будто снежные хлопья зимою,
С ним состязаться уже не дерзнул бы никто из живущих.
И не дивились мы больше, наружность его созерцая".
Третьим увидев Аякса, старик, вопрошая промолвил:
3-225