Маковейчик прижался под балкой, согнувшись над аппаратом. Он выкрикивает цифры в трубку.
Лейтенант, нервничая, следит за тем, как мины рвутся вокруг часовенки. Наконец, одна — в крышу.
— На! — выдавливает сквозь зубы Черныш.
Часовенка дымится.
На этом же чердаке, возле другого окна, стоит лейтенант Сиверцев, высокий, курчавый блондин с золотистыми бакенбардами. Он ведет наблюдение за другим сектором, собирая данные для своей батареи. Иногда он кричит Чернышу:
— Женя! Какая видимость в твой телескоп?
— Много нечисти вижу.
— Пропеки, прожги…
— Жгу.
В этот момент крыша рассекается огнем, словно в нее ударяет молния. Саша Сиверцев падает, закрывая голову руками, как будто только ее и бережет. Тяжелая мина взрывается на балке, озарив весь чердак. В туче дыма и пыли просвистели осколки. Саша поднимается, протирает глаза. Они у него живые, подвижные, схватывают все сразу. Бакенбарды стали серыми от пыли.