Сиверцев все еще стоял возле своей пушечки, закрыв глаза руками.
— Лейтенант, откройтесь!
Он через силу оторвал от лица окровавленные дымящиеся руки.
Действительно, Сиверцев не был ранен. Но ударом воздушной волны ему вывернуло глазные яблоки.
Бойцы взяли его под руки и повели в гостиницу.
Сейчас он лежал у стены на ковре и ждал, пока его перевяжут. Косячки бакенбард слиплись от крови.
Батарейцы метались, разыскивая фельдшера. Все они, как один, были гололобые. У них был обычай брить друг другу голову в любых условиях, летом и зимой. Может быть, поэтому их шеи казались высеченными из камня.
— Запорожец! — позвал Сиверцев одного из своих сержантов. — Сожгли?
— Спалили.
— По моей наводке?