Он смотрел на Черныша и ждал.
— …А под нашей миной смерть, — закончил Черныш именно тем, чего ждал Иван Антонович.
Мимо ворот неожиданно проурчал танк. Он мчался на максимальной скорости, вылетел на перекресток и, разворачиваясь, стал палить по прилегающему кварталу, где уже расположились полковые тылы. Минометчики в радостном азарте кинулись к воротам, на ходу заряжая противотанковые гранаты. В этот момент каждому очень хотелось подорвать танк.
— Куда? — остановил бойцов старший лейтенант. Он считал, что этот танк является «хлебом» артиллеристов, а совсем не минометной роты. Черныш тоже схватил гранаты, шмыгнув за спиной Ивана Антоновича. Но старший лейтенант заметил его.
— Черныш! — крикнул он вдогонку. — Черныш!
Черныш не слыхал или сделал вид, что не слышит.
Танк газовал по улице назад.
— Гвардии лейтенант!
Иван Антонович выругался так, как педагогам ругаться не пристало.
Черныш застыл в подворотне.