— Своя, домашняя: сами настаиваем на смородинном листу, — говорил голос.
— Я никогда не пивал на смородинном листу, позвольте попробовать!
Голая рука опять просунулась с тарелкой и рюмкой водки. Обломов выпил: ему очень понравилась.
— Очень благодарен, — говорил он, стараясь заглянуть в дверь, но дверь захлопнулась.
— Что вы не дадите на себя взглянуть, пожелать вам доброго утра? — упрекнул Обломов.
Хозяйка усмехнулась за дверью.
— Я ещё в будничном платье, всё на кухне была. Сейчас оденусь; братец скоро от обедни придут, — отвечала она.
— Ах, a propos о братце, — заметил Обломов, — мне надо с ним поговорить. Попросите его зайти ко мне.
— Хорошо, я скажу, как они придут.
— А кто это у вас кашляет? Чей это такой сухой кашель? — спросил Обломов.