Она отрицательно покачала головой.
— Как это вы делали, расскажите! Так же сидели, глядели на всё покойно, так же, с помощью ваших двух фей, медленно одевались, покойно ждали кареты, чтоб ехать туда, куда рвалось сердце? не вышли ни разу из себя, тысячу раз не спросили себя мысленно, там ли он, ждет ли, думает ли? не изнемогли ни разу, не покраснели от напрасно потерянной минуты или от счастья, увидя, что он там? И не сбежала краска с лица, не являлся ни испуг, ни удивление, что его нет?
Она отрицательно покачала головой.
— Не приходилось вам обрадоваться, броситься к нему, не найти слов, когда он войдет вот сюда?..
— Нет, — сказала она с прежней усмешкой.
— А когда вы ложились спать…
В лице у ней появилось беспокойство.
— Не стоял он тут?.. — продолжал он.
— Что вы, cousin! — почти с ужасом сказала она.
— Не стоял он хоть в воображении у вас, не наклонялся к вам?..