— Да скучно.
— А вы влюбитесь.
Райский молчал.
— В Веру, — продолжал Марк, — славная девочка. Вы же брат ей на седьмой воде, вам вполовину легче начать с ней роман…
Райский сделал движение досады, Марк холодно засмеялся.
— Что же она? Или не поддается столичному дендизму? Да как она смеет, ничтожная провинциалка! Ну, что ж, старинную науку в ход: наружный холод и внутренний огонь, небрежность приемов, гордое пожимание плеч и презрительные улыбки — это действует! Порисуйтесь перед ней, это ваше дело…
— Почему мое?
— Я вижу.
— Не ваше ли, полно, рисоваться эксцентричностью и распущенностью?
— А может быть, — равнодушно заметил Марк, — что ж, если б это подействовало, я бы постарался…