Она с горьким изумлением и мольбой сложила перед ним руки.
Он в страхе глядел на нее.
«Она больна!» — подумал он.
— Вы нездоровы, Вера Васильевна, — с испугом и волнением сказал он ей, — простите меня, что я не вовремя затеял.
— Разве не всё равно: днем раньше, днем позже — но всё скажете же… говорите же разом, сейчас!.. И я скажу: затем я позвала вас сюда, в аллею…
Его опять бросило в противную сторону.
— Ужели это правда? — едва сдерживаясь от радости, сказал он.
— Что — правда? — спросила она, вслушиваясь в этот внезапный, радостный тон. — Вы что-то другое хотите сказать, а не то, что я думала… — покойнее прибавила она.
— Нет, то самое… я полагаю…
— Скажите же, перестаньте мучить меня!