Итак, я один…
Неужели тот корявый сапог, который я так своевременно попросил убраться, неужели и толчки, и хмыкание, и движения за драпри, неужели все это было обманом слуха и зрения? Измышлением развинченных органов чувств?
Я не знал, что думать. Во всяком случае я почувствовал себя сразу одиноким и несчастным, лишившись друзей. Если даже они были плодом моего больного воображения, пускай продолжалась бы эта иллюзии; она давала мне бодрость!..
Не знаю, сколько времени просидел я в состояния полнейшей прострации и унылого окаменении до того момента, когда услышал вдруг мягкий храп непосредственно под собой.
"Новая галлюцинация", — подумал я безнадежно.
Но храп повторился, аккомпанируемый мелодичным присвистом.
Чтобы отогнать от себя соблазнительные, галлюцинаторные звуки, — только для этого! — я приподнял край одеяла и заглянул под кровать.
Силы небесные!
Мирно обнявшись, словно наигравшиеся котята, спали там мои верные спутники. Рядом с ними лежало и их оружие.
Вот что значит простая, здоровая натура! Вот что значит не иметь интеллигентской расхлябанности! Только теперь я понял, насколько жизнеспособен и крепок тот слой общества, представителями которого являлись мои юные друзья!..