Заговорили все вдруг.
– Мы теперича, значит, пищалинские, все наше общество…
– Сделайте вашу такую милость…
– Собрамши теперича все наше общество… мы, ваше степенство, люди бедные…
– Опосля этого они и скотину нашу угонять будут.
– Ведьмедя нам бог даровал, мы с им живы не расстанемся…
– Ежели их теперича не сократить…
Крик увеличивался. Охотникам становилось неприятно, полковник не знал, кого слушать и кому отвечать. Разлилось море нескладного мужицкого шуму. Раздались оплеухи. Бабы завизжали. Загонщики ринулись.
– Стой! – кричал черкес.
– Стрелять буду! – кричал полковник.