Повернувшись на спину, он посмотрел на небо - изуродованная шея его только в этом положении позволяла ему видеть небо над головой.
Небо однообразно серое. Там, вверху, сгустился сырой и холодный сумрак, погасил солнце и, скрыв собою голубую беспредельность, изливал на землю уныние. Тяп`а перекрестился и привстал на локте, чтоб посмотреть, не осталось ли где водки. Бутылка была пустая. Перелезая через товарищей, Тяп`а стал осматривать чашки. Одну из них он нашёл почти полной, выпил, вытер губы рукавом и стал трясти за плечо ротмистра.
- Вставай... эй! Слышь?
Ротмистр поднял голову, глядя на него тусклыми глазами.
- Надо полиции заявить... ну, вставай!
- А что? - сонно и сердито спросил ротмистр.
- Что умер он...
- Это кто?
- Учёный-то...
- Филипп? Да-а!