Софья Марковна. Это неверно, несправедливо!
Старик. А по-моему — справедливо.
Софья Марковна. Но ведь вы несправедливо страдали, вы?
Старик (не сразу). Ну?
Софья Марковна. Зачем же, чувствуя и зная неправду страдания, увеличивать его для других?
Старик. Та-ак! Гусев твой согрешил, а хочет в рай? Это не для него, рай! Это для меня, для таких, как я, несчастных. Так полагается. Закон. А насчёт Гусева: коли я — в горе, так ему — вдвое!
Софья Марковна. За что? Какой вы злой!
Старик. Ты, барынька, видно, замуж собираешься за него? За любовника не стала бы стараться эдак. Любовник — прохожий человек, сегодня — рыжий, завтра — чёрный. Эх, вы, бабьё! Утопить бы вас всех надо, да поганого болота нет.
(Софья Марковна молча ходит по комнате.)
Старик (глядя на неё с усмешкой). Что же ещё скажешь?