Жан. Это, брат, видимо, последняя твоя женщина. Последняя женщина, как сороковой медведь для охотника, — опаснейшее приключение! Держись твёрдо!
Букеев. Это не приключение, а — быть или не быть?
Жан. Я понимаю. Хотя я и скептик, но сердце у меня есть, и я, брат, умею чувствовать и дружбу и любовь.
Букеев. Что же делать с этим дураком?
Жан. Не торопись. Придумаем.
Букеев. Иногда мне убить хочется его.
Жан. Ну-ну, зачем так грубо? Можно найти другой приём. Ты вот что пойми: красивая женщина или распутна или глупа, таков закон природы. Ольга Борисовна не глупа, значит, она должна быть…
Букеев. Заврался ты…
Жан. Друг мой, я — скептик, я не могу иначе. Для скептиков, как известно, нет ничего святого.
(Стукачёв несёт кофе.)