Алексей сел в кресло, сложил руки на палке, опёрся на них подбородком и сухо, начальнически спросил:
— Ты что же делаешь?
— Пью, — задорно ответил старший, встал и начал обтирать тело льдом, покрякивая.
— Пей, Кузьма, да не теряй ума! А ты что?
— А что?
Алексей подошёл к нему и, глядя, как на незнакомого, тихим голосом, с присвистом спросил:
— Забыл? На тебя жалоба подана, ты адвокату морду разбил, полицейского столкнул в канал…
Он так долго перечислял проступки, что Артамонову старшему показалось:
«Врёт. Пугает».
Он спросил: