Мелания. Ну, надо уйти…
(Все ушли. Булычов, усмехаясь, гладит бок, грудь. Входит Зобунова. Незаметно, однако так, чтобы было замечено, она, кривя рот, дует в правую сторону от себя, правая рука прижата к сердцу, а ладонью левой, как рыбьим плавником, отмахивается. Остановилась, провела правой рукой по лицу.)
Булычов. Это ты — чертям молишься?
Зобунова (певуче). Ой вы, злые недуги, телесные печали! Отвяжитесь, откачнитесь, от раба божия удалитесь! В сей день, в сей час, отгоняю вас по всю жизнь крепким моим словом во веки веков! Здравствуйте, благомилостивый человек, по имени Егорий!..
Булычов. Здравствуй, тётка! Это ты чертей отгоняла?
Зобунова. Что ты, роженый, разве с ними можно дело иметь?
Булычов. Надо, так можно! Богу — попы молятся, а ты — не поп, ты должна — чертям.
Зобунова. Ну, что это какие страхи ты говоришь! Про меня только глупые рассказывают, будто я с нечистой силой знаюсь.
Булычов. Ну, тогда у тебя, тётка, толка не будет! Попы богу за меня молились, бог — отказался, не помогает мне!
Зобунова. Это ты шутишь, дорогой человек, это ты потому, что не веришь мне.