Булычов. Я бы поверил, если бы ты от чертей пришла. Ты ведь, конечно, знаешь, слышала; я распутный, с людьми — жестокий, до денег — жадный…
Зобунова. Слыхала, да не верю, что ты пожалеешь дать мне добрую денежку.
Булычов. Я, тётка, великий грешник, и богу дела нет до меня. Отрёкся бог от Егора Булычова. Так что, если ты с чертями не знакома, — иди, выкидыши девкам делать! Это — твоё ремесло, так?
Зобунова. Ой, верная слава про тебя, что ты — напористый, озорной человек!
Булычов. Ну? Чего соврать хочешь? Валяй!
Зобунова. Врать не обучена. Ты скажи-ко мне: что у тебя болит, как болит, где?
Булычов. Живот. Сильно болит. Вот здесь.
Зобунова. Видишь ли… только ты не говори никому, ни-ни!
Булычов. Не скажу. Не бойся.
Зобунова. Есть недуги — жёлтые и есть — чёрные. Жёлтый недуг — его и доктор может вылечить, а — чёрный — ни поп, ни монах не замолят! Чёрный — это уже от нечистой силы, и против него — одно средство…