Дроздов (усмехнулся, напевает).
Эх ты, моя белая,
Что ты со мной сделала?
Терентьев. Погоди, я — серьёзно! Она мне вроде как бы жизнь спасла…
Дроздов. Рассказывал ты. Тогда они ещё плохо понимали нас, потому, изредка, и спасали. Если ты серьёзно, так — гляди, не ошибись…
Терентьев. Я, брат, года три бредил о ней… даже вот не женился. Может быть, это достойно смеха… Ты, конечно, моложе меня, красивый.
Дроздов. Ну, ладно…
Терентьев. Так что… вот! Понимаешь эту штуку?
Дроздов. Ладно, понял. Человек она как будто хороший, работница на все руки…
Терентьев. Образованная.