Это будет книга нашей правды, которая явилась в старый мир, чтобы преобразить его и воскресить к новой жизни.
О старичках
На анкету в первой книжке «За рубежом» редакция получила ряд поучительных и серьёзных ответов; ответил и «служащий, внепартийный социалист шестидесяти с половиной лет».
Ответил он не на вопросы анкеты, а, так сказать, перешагнув через них. Прежде всего он указал, что «в проспекте журнала было обещано правдивое освещение как отечественной, так и заграничной жизни». Здесь он — ошибся: в проспекте ни слова не сказано о том, что журнал намерен освещать «отечественную жизнь», проспект, согласно с титулом журнала, определённо говорит об освещении жизни «за рубежом». Ошибку эту можно объяснить слабостью «внепартийного» зрения старичка — пороком, неизлечимым в его возрасте.
В дальнейшем эта ошибка весьма определённо разоблачает старичкову «сущность» — он, оказывается, «гуманист», старичок-то! Он упрекает нас в том, что на страницах нашего журнала ничего не говорится о «партийной чистке», которую старичок именует «бесполезной пыткой», — бесполезной, потому что, по его словам, «без нравственных дефектов не найти человека».
Здесь уместно отметить, что «гуманитарный» взгляд на дефективного человека имеет в наших условиях политически весьма серьёзное практическое значение: в откровенных показаниях «вредителей» многократно и убедительно говорится о полезности для дела государственного вредительства людей с «дефектами», «нравственно неустойчивых», «нелойяльных», «административно непригодных», «настроенных антисоветски» и вообще — негодников. Именно таких людей и вышвыривает из партии чистка, которую старичок называет «бесполезной», да ещё и «пыткой», признавая, должно быть, что существуют пытки полезные.
Далее гуманный старичок очень правильно, хотя и не очень грамотно пишет: «Такого распролетаривания(?), какое раскулачивание производится в СССР, нет нигде в подлунном мире».
Да, нигде — кроме Советского Союза — в подлунном мире рабочий класс ещё не приступил к той необходимой работе, которая успешно начата у нас, но мы совершенно уверены, что вся масса грудящихся неизбежно последует хорошему примеру. Смысл примера прост и ясен: нужно поставить в иные условия и перевоспитать из рабов земли в хозяев её — крестьянство, порабощённую стихийными силами природы пассивную массу, которая веками эксплуатировалась и, на протяжении веков, непрерывно выделяла из своей среды жесточайших эксплуататоров; иными словами, нужно уничтожить почву, на которой развились все ужасы капитализма. Гаммельрат, сотрудник немецкой католической газеты «Новый народ», недавно написал об этой гигантской работе так:
«Это— концентрированная энергия, сокрушающая старый и создающая новый мир. 7 миллионов крестьянских хозяйств, 20 миллионов деревенских жителей перешли в колхозы. Опора всего колхозного движения — деревенская беднота. Именно здесь — в колхозном движении — далеко превзойдены цифры, предусмотренные пятилеткой… Советская печать не расписывает достижения, а подгоняет. Когда она говорит о трудностях и прорывах, то это должно вызывать в вас не злобное торжество, а удивление, так как и в этом проявляется всё та же неудержимая энергия, подгоняющая вперёд. В этой молодой, ненасытной энергии — решающее. Россия всё более становится независимой от остального мира. Это стоит ей больших жертв, но эти жертвы приносятся. Пятилетка предопределяет собою всю мировую политику ближайших десятилетий.»
Это говорит чужой человек, да ещё и католик, член той церкви, глава которой объявил нечто вроде крестового похода против страны и народа «внепартийного социалиста». Но гуманного старичка не интересует процесс возрождения его народа и грандиозная работа «концентрированной энергии» рабочего класса в его отечестве. Он сообщает нам, что больных «кулаков завёртывают по три человека в рогожу и на дровнях отправляют»… должно быть, в больницу.