Он скрипнул зубами и завозился на песке, а потом лёг на спину, протянув ноги к воде и закинув руки за голову.
— Я теперь всех их знаю…
— Всех? — спросил Каин убито.
— Всех! Теперь я начну с ними расчёт… И ты мне мешаешь…
— Чем я могу мешать? — воскликнул еврей.
— Не то, чтобы мешать, а такое дело — озлобился я против всех людей. Вот оно что… Ну и, стало быть, ты мне теперь — лишний. Понял?
— Нет! — кротко объявил еврей и тряхнул головой.
— Не понимаешь? Экой ты какой! Тебя жалеть надо — так? Ну, а я теперь не могу жалеть никого… Нет у меня жалости…
И, толкнув в бок еврея, он добавил:
— Совсем нет. Понял?