— Я человек открытый… — смиренно заявил Лохов.
— То-то что открытый…
— Так и следует…
— Мм… не для всякого дела тоже… — сказал Финоген, качнув головой.
Лохов снова завертелся на скамье, точно ощущая зуд во всех членах.
— Желаешь, Матвей, чтобы я с тобой по правде говорил? — сказал Финоген Ильич.
— Я? то есть… вот бы хорошо! Сразу уж бы… А то что у нас за разговор? Ходим это мы вокруг да около…
И Лохов безнадёжно махнул рукой.
— Спать только хочется мне… Ну, да это я могу подождать… сначала попытаюсь разрешить тебя.
Финоген беззвучно смеялся, и лицо у него было довольное, почти ласковое.