Калерия. Как тяжело, тесно жить среди таких людей!
Варвара Михайловна. А среди людей, которые всё только жалуются на жизнь, — весело, легко, Калерия? Будем справедливы… разве легко и свободно жить среди людей, которые всё только стонут, всё кричат о себе, насыщают жизнь жалобами и ничего, ничего больше не вносят в нее?.. Что вносим в жизнь все мы… вы, я, ты?..
Рюмин. А она?.. А Марья Львовна? Вражду?
Калерия. Забытые слова — забыты, и прекрасно! Живые люди не могут жить заветами покойников.
(Около сцены собираются любители. Пустобайка на сцене расставляет стулья.)
Двоеточие. А вам бы, Варвара Михайловна, не волноваться так, а? Прекратить бы разговорец-то? Пойдемте гулять… вы обещали.
Варвара Михайловна. Да… я пойду! Я не умею сказать, что чувствую… что хочу… не умею! Как это обидно… быть умственно немой…
Шалимов. Свидетельствую, что это неправда… Вы позволите идти с вами?
Варвара Михайловна. Пожалуйста, идите…
Двоеточие. Пойдемте к речке… в беседку. Чего вы горячитесь, сударыня моя?