Захар. Они всегда жалуются!.. Ты не встречала Якова?
Полина. Нет. Что же им сказать?
Захар. Мужикам? Пусть идут в контору… я не буду с ними говорить!
Полина. Но в конторе нет никого! Ты же знаешь — у нас полная анархия. Вот уж скоро обед, а этот ротмистр все просит чаю… В столовой с утра не убран самовар, и вообще — жизнь похожа на какое-то дурачество!
Захар. Ты знаешь, Яков вдруг собрался куда-то ехать!
Полина. Ты прости мне, но, право, хорошо, что он уедет…
Захар. Да, конечно. Он ужасно раздражает, говорит чепуху… Вот сейчас пристал ко мне, спрашивает — можно ли из моего револьвера убить ворону? Говорил какие-то дерзости. Наконец ушел и унес револьвер… Всегда пьяный…
(С террасы входит Синцов с двумя жандармами и Квач. Полина, молча посмотрев на Синцова в лорнет, уходит. Захар смущенно поправляет очки, потом отступает.)
Захар (укоризненно). Вот, господин Синцов… как это грустно! Мне очень жаль вас… очень!
Синцов (с улыбкой). Не беспокойтесь… стоит ли?