Захар. Стоит! Люди должны сочувствовать друг другу… И даже, если человек, которому я доверял, не оправдал моего доверия, все равно, видя его в несчастии, я считаю долгом сочувствовать ему… да! Прощайте, господин Синцов!
Синцов. До свидания.
Захар. Вы не имеете ко мне… каких-либо претензий?
Синцов. Решительно, никаких.
Захар (смущенно). Прекрасно. Прощайте! Ваше жалованье будет выслано вам… да. (Идет.) Но это невозможно! Мой дом становится какой-то жандармской канцелярией!
(Синцов усмехается. Квач все время пристально рассматривает его, особенно руки. Заметив это, Синцов тоже несколько секунд смотрит в глаза Квача. Тот усмехается.)
Синцов. Ну? В чем дело?
Квач (радостно). Ничего… ничего!
Бобоедов (входит). Господин Синцов, вы сейчас отправитесь в город.
Квач (радостно). Ваше благородие, они совсем не господин Синцов, а другое!..