Тот сказал грубо и громко:
— Объясните, требуем!
А солдат в грязной рубахе встал на колени и, полуоткрыв рот, уставился в лицо девушки взглядом, в котором теперь загорелось что-то жадное.
— Не перебивайте, братцы! — взмахнув руками, попросил Шамов.
— Я объясню вам всё, что знаю, — дрогнувшим голосом сказала Вера.
— А много знаете? — спросил рыжий.
Кто-то противно хихикнул.
Авдеев, нахмурив брови и медленно двигая тонкой шеей, снова по очереди осмотрел солдат.
Несколько секунд все молчали — тёмная стена взаимного непонимания росла всё выше, готовая каждый миг обрушиться на людей и погасить в них слабые проблески человеческого. Исаев, не торопясь, взял пальцами рукав Вериной кофточки и потянул его к себе, спрашивая:
— Почём ситчик брали, мамзель?