Облокотясь на стол, отец слушал их, выпятив губу и усмехаясь, а потом сказал:
— Али нет между вами честных-то людей? Какая ж мне в том честь, чтобы жуликами командовать?
— Погоди! Кто тебя на команду зовёт?
— И свиней пасти — нет охоты…
— Что ж ты лаешься?
Отец встал, тряхнул головой.
— Идите, откуда пришли! Не уважаю я вас никого и ни почета, ни ласки не хочу от вас…
Горожане встали и молча пошли вон, но в дверях Базунов обернулся, говоря:
— Правда про тебя сказано: рожа — красная, душа — чёрная!
Проводив их громким смехом, отец как-то сразу напился, кричал песни и заставлял Палагу плясать, а когда она, заплакав, сказала, что без музыки не умеет, бросил в неё оловянной солоницей да промахнулся и разбил стекло киота.