— Так-таки всё и отдал?
— Всё.
Поджав губы, подумав, сказала:
— Экой грех какой!
— Отчего — грех?
— Да так.
И, вздохнув, добавила:
— Вот что значит один человек!
— Не понимаешь ты этого дела, — сказал Кожемякин, немного задетый её отношением.
— Не понимаю, — созналась она.