– Ему больно?
– Кажется – нет.
– Варя, – сказала Лидия, – я не умею утешать. И вообще, надо ли утешать? Я не знаю...
– Уйдите, Самгин, – крикнула Варвара, падая боком на постель.
Клим ушел, не сказав Лидии ни слова.
«У нее такое замученное лицо. Может быть, она теперь... излечится».
На тумбах, жирно дымя, пылали огни сальных плошек. Самгин нашел, что иллюминация скудна и даже в огне есть что-то нерешительное, а шум города недостаточно праздничен, сердит, ворчлив. На Тверском бульваре собрались небольшие группы людей; в одной ожесточенно спорили: будет фейерверк или нет? Кто-то горячо утверждал:
– Будет!
Высокий человек в серой шляпе сказал уверенно и строго:
– Государь император не позволит шуток.