Псковъ палъ отъ плохой гражданской политики, въ которой морально повинны въ первую голову эти почтенные дѣятели, а не потому что эстонскіе солдаты считали, что съ признаніемъ ихъ независимости, не стоитъ больше помогать. Соображеніе «гельсингфорсцевъ» къ тому же исторически невѣрно. Акта о признаніи эстонской независимости не для начальства, а для солдатъ, во Псковѣ такъ и не успѣли распубликовать. Въ приведенной мною прокламаціи эстонскаго командованія къ красноармейцамъ объ этомъ ни слова не говорится, а декларація правительства была готова, когда Псковъ уже палъ. Въ связи съ этимъ интересно отмѣтить одну телеграмму отъ 22 августа, которую получилъ отъ полк. Пускара г. Ивановъ. Пускаръ (начальникъ оперировавшей въ районѣ Пскова дивизіи) телеграфировалъ ему, что «положеніе на фронтѣ катастрофическое, эстонскіе солдаты вялы — большевики подошли къ городу на 8 верстъ, надо поднять настроеніе эстонскихъ солдатъ.» Оставшіеся въ Ревелѣ министры, по докладу Иванова, спѣшно рѣшаютъ препроводить хотя бы одинъ экземпляръ принятой наканунѣ комиссіей деклараціи для расклейки во Псковѣ, чтобы вопросъ о признаніи эстонской независимости сталъ извѣстнымъ широкимъ кругамъ русскаго населенія и эстонскаго фронта. Декларацію взялся отвезти г. Ивановъ, но онъ доѣхалъ только до Изборска, куда ему навстрѣчу бѣжалъ отъ ареста Балаховичъ. Въ это время эстонскіе солдаты валомъ валили къ границѣ, и признаніе самостоятельности, изъ за котораго будто бы ослабла солдатская энергія, такимъ образомъ, вовсе не было оглашено передъ эстонской арміей.

Обращаетъ вниманіе еще одно обстоятельство. По свидѣтельству ген. Родзянко, отступающая черезъ Псковъ эстонская армія вела себя крайне враждебно по отношенію къ нашему командованію. Уходящіе солдаты платили, видимо, дань озлобленія и ненависти, скопившейся у нихъ за цѣлыхъ четыре мѣсяца отъ созерцанія картинъ насажденія повсюду старыхъ русскихъ порядковъ, и врядъ ли бы они вообще повѣрили въ этотъ критическій моментъ искренности признанія независимости ихъ родины со стороны ни въ чемъ не измѣнившихся «золотопогонниковъ», даже если бы публикацію о независимости успѣли распубликовать.

Отойдя къ Печерамъ, своей этнографической границѣ, эстонцы снова ощетинились всей массой своихъ штыковъ и, какъ совершенно правильно ожидалъ этого ген. Лайдонеръ, разомъ остановили дальнѣйшее движеніе большевиковъ впередъ. Балаховичъ сѣлъ въ бестъ у полк. Пускара, а ген. Юденичъ особымъ приказомъ по арміи объявилъ его исключеннымъ и бѣжавшимъ (см. приложеніе). Соратники его по штабу разбѣжались и попрятались, въ томъ числѣ и знаменитый полк. Энгельгардтъ — главный вымогатель и вѣшатель.

Объ арестѣ Балаховича и убійствѣ начальника его штаба, полк. Стоякина, правительство узнало лишь post factum. Ген. Юденичъ, какъ я говорилъ, совершилъ всю операцію устраненія Балаховича единолично, безъ всякаго предупрежденія кого-либо изъ членовъ правительства. Первыя свѣдѣнія о псковскомъ происшествіи мы получили 24 августа изъ Изборска отъ г. Иванова. Телеграфируя о случившемся, онъ спрашивалъ, съ вѣдома ли Юденича это сдѣлано и подчеркивалъ гибельность затѣи для псковского фронта. С. Г. Ліанозовъ отвѣтилъ, что «никакихъ данныхъ объ участіи Юденича въ арестѣ Балаховича не имѣемъ, посылаемъ Юденичу запросъ, посылаемъ Эйшинскаго и Богданова во Псковъ для разслѣдованія». При всемъ возмущеніи дѣйствіями Балаховича, большинству коллегъ несвоевременная поспѣшность ген. Юденича тоже не понравилась. Заводить конфликты, однако, было не время, тѣмъ болѣе, что отовсюду ползли слухи о положеніи Пскова одинъ другого зловѣщѣе.

24-го августа, въ вечернемъ засѣданіи окончательно утверждается текстъ правительственной деклараціи. Генералы еще ранѣе не спорили противъ основныхъ положеній программы. Споръ на этотъ разъ заводитъ С. Г. Ліанозовъ по поводу п. 9 деклараціи о допустимости «правительственнаго контроля надъ производствомъ», доказывая, что при возстановленіи Россіи промышленникамъ нужно оставить совершенно свободныя руки — мысль, которую много позднѣе съ большимъ подъемомъ развивалъ на промышленномъ эмигрантскомъ съѣздѣ въ Парижѣ московскій Крезъ — Рябушинскій. Большинство присутствующихъ не соглашается съ С. Г., прежде всего, конечно, вся лѣвая, и онъ въ концѣ концовъ уступаетъ намъ. Текстъ деклараціи готовъ. Довольно сильное вступленіе къ ней набросалъ И. Т. Евсѣевъ, такъ что въ цѣломъ декларація по тону оказалась немного даже невыдержанной: лирика И. Т. внезапно смѣняется сухимъ и дѣловымъ изложеніемъ въ дальнѣйшемъ содержаніи.

Вотъ этотъ историческій документъ:

Декларація Правительства. Въ братоубійственной войнѣ, вызванной большевиками, въ огнѣ и крови гибнетъ Россія. Безполезно и безславно гибнутъ молодые и сильные, отъ голода и болѣзней умираютъ старые и слабые. Вымираютъ города, опустѣли фабрики и заводы. Огнемъ сжигаются деревни. Уничтожается на поляхъ трудъ земледѣльца, гибнетъ скотъ, пропадаетъ сельское хозяйство. Лишенные крова и хлѣба, толпами бродятъ по лѣсамъ бѣженцы. Такъ гибнетъ подъ властью большевиковъ Россія. И близко дно бездны, въ которую ввергнута великая страна. Призванное къ жизни необходимостью рѣшительнаго и немедленнаго освобожденія русской земли отъ большевистскаго ига, возникшее въ полномъ согласіи съ полномочными представителями союзныхъ державъ, объединенное съ остальной Россіей въ лицѣ Верховнаго Правителя адмирала Колчака, правительство Сѣверо-Западной Россіи объявляетъ русскимъ гражданамъ начала, которыя оно полагаетъ въ основу своей предстоящей дѣятельности. 1. Рѣшительная борьба, какъ съ большевиками, такъ и со всѣми попытками возстановить старый режимъ. 2. Всѣ граждане Государства Россійскаго, безъ различія національности и вѣроисповѣданія, равны въ правахъ и обязанностяхъ передъ закономъ. 3. Всѣмъ гражданамъ въ освобожденной Россіи обезпечивается неприкосновенность личности и жилища, свобода печати, слова, союзовъ, собраній и стачекъ. 4. Всероссійская власть должна быть возсоздана на основѣ народовластія. Для сего немедленно по освобожденіи Родины отъ тираніи большевиковъ должно быть приступлено къ созыву новаго Всероссійскаго Учредительнаго Собранія на началахъ всеобщаго, прямого, равнаго и тайнаго избирательнаго права. 5. Если по условіямъ созывъ Всероссійскаго Учредительнаго Собранія не представится возможнымъ вскорѣ по освобожденіи Петроградской, Псковской и Новгородской губерній, то для устроенія мѣстной жизни должно быть созвано въ Петроградѣ Областное Народное Собраніе, избранное на той же демократической основѣ освобожденнымъ населеніемъ. 6. Населяющія отдѣльныя территоріи народности, входящія въ составъ возрождающейся Россіи, свободно избираютъ для себя форму управленія. (Актомъ отъ 11 августа 1919 г. правительство Сѣверо-Западной Области Россіи признало независимость Эстоніи). 7. Административное управленіе государствомъ устанавливается на основѣ широкаго мѣстнаго самоуправленія. Земскія и городскія самоуправленія избираются на общихъ демократическихъ началахъ. 8. Земельный вопросъ будетъ рѣшенъ согласно съ волей трудового земледѣльческаго населенія въ Учредительномъ Собраніи. Впредь до рѣшенія послѣдняго земля остается за земледѣльческимъ населеніемъ, и сдѣлки купли и продажи на внѣгородскія земли воспрещаются, за исключеніемъ особо важныхъ случаевъ и съ особаго разрѣшенія правительства. 10. Рабочій вопросъ разрѣшается на началахъ 8-ми часового рабочаго дня, правительственнаго контроля надъ производствомъ, всемѣрной охраны труда и интересовъ рабочаго класса. Граждане многострадальной Россіи! Правительство Сѣверо-Западной Россіи, принявшее на себя въ этотъ тяжкій часъ освободительной борьбы отвѣтственность за настоящее и заботу о будущемъ, приглашаетъ васъ къ послѣднимъ усиліямъ и жертвамъ во имя Родины, Свободы и Счастья. Предсѣдатель Совѣта Министровъ, Министровъ Иностранныхъ дѣлъ и Финансовъ С. Г. Ліанозовъ. Министръ Внутреннихъ дѣлъ К. А. Александровъ. Министръ Военный ген. Н. Н. Юденичъ. Министръ Торговли и Промышленности, Снабженія и Народнаго Здравія М. С. Маргуліесъ. Министръ Юстиціи Е. И. Кедринъ. Министръ Продовольствія Ф. Г. Эйшинскій. Министръ Морской к.-адм. В. К. Пилкинъ. Министръ Народнаго Просвѣщенія Ф. А. Эрнъ. Министръ Общественнаго Призрѣнія А. С. Пѣшковъ. Государственный Контролеръ В. Л. Горнъ. Министръ Земледѣлія П. А. Богдановъ. Министръ Исповѣданій И. Т. Евсѣевъ. Министръ Почтъ и Телеграфа М. М. Филиппео. Министръ Общественныхъ работъ [97]Н. Н. Ивановъ. Ревель, 1919 года августа 24 дня.

Декларація сѣв.-зап. правительства поставила всѣ точки надъ «і» и не оставила мѣста ни для какихъ экивоковъ или сомнѣній. Въ тогдашнихъ условіяхъ, при наличности стремленія отдѣльныхъ бѣлыхъ правительствъ закутать свое политическое credo въ самыя туманныя и неопредѣленныя формы, обѣщая, напримѣръ, въ будущемъ созвать «земскій соборъ», «національное собраніе», «народное собраніе», т. е. все, что угодно, кромѣ «учредительнаго собранія», подъ органически-демократическимъ флагомъ котораго терялась всякая возможность протащить ту или иную реакціонную контрабанду, въ противовѣсъ этому сѣверо-западное правительство опредѣленно перенимало задачи разогнаннаго большевиками Россійскаго Временнаго Правительства и категорически подчеркивало свой радикально-демократическій обликъ. Въ этомъ смыслѣ оно было, пожалуй, единственнымъ изъ всѣхъ бѣлыхъ правительствъ, такъ какъ въ немъ подъ знамя деклараціи формально становилось и само военное командованіе.

Подпись подъ такой деклараціей для договаривающихся министровъ была равна присягѣ, а обнародованіе ея — равносильно выдачѣ своего рода политическаго векселя со стороны обязавшейся его честно выполнить военно-общественной коалиціи. Тотъ, кто, входя въ нашу коллегію, думалъ впослѣдствіи схитрить, обмануть широкіе круги населенія, онъ могъ это сдѣлать, только нарушая категорическое, недвусмысленное содержаніе деклараціи. Идя на коалицію на началахъ, начертанныхъ въ нашей деклараціи, мы — демократы всѣхъ оттѣнковъ — ни въ чемъ не нарушали нашего демократическаго символа вѣры.

Большинство лицъ, подписавшихъ декларацію и вошедшихъ въ составъ сѣв.-зап. правительства, были мѣстные общественные дѣятели и лишь три, четыре лица съ широкой всероссійской извѣстностью, какъ ген. Юденичъ, Кедринъ, Ліанозовъ и Маргуліесъ[98]. Привожу нѣкоторыя біографическія данныя о членахъ правительства, поскольку они въ свое время были опубликованы въ № 1 издававшейся въ Ревелѣ газеты «Свободная Россія», внеся лишь мелкія поправки въ одномъ-двухъ мѣстахъ.