– Нимф! О горе нам, сестры! О каких нимфах ты говоришь? – воскликнула Пугало. – Ведь нимф очень много: одни занимаются охотой в лесах, другие живут в дуплах деревьев, третьи – в ручьях и источниках. Мы не можем быть знакомы со всеми. Мы всего лишь три несчастные старухи. У нас был один глаз на троих, но ты и его похитил. Отдай его нам, добрый человек, кто бы ты ни был, отдай его нам!
Во время этого разговора старухи тянули к Персею руки, пытаясь схватить его, но юноша благоразумно держался на некотором отдалении.
– Добрые женщины, – начал он (Даная учила сына всегда быть вежливым), – ваш глаз у меня, но я верну его вам, если вы скажете, где найти нимф, у которых есть волшебная сумка, крылатые сандалии и… Что еще? Ах, да – шлем-невидимка.
– Горе нам, сестры! Что говорит этот юноша? – одновременно воскликнули Пугало, Кошмар и Дрожь, очень искусно притворяясь изумленными. – О каких крылатых сандалиях он говорит? Да ведь у всякого, кто вздумал бы их надеть, ноги тотчас поднялись бы выше головы! И что это за шлем-невидимка? Разве какая-нибудь шапка, если только она не настолько велика, чтобы под ней можно было спрятаться, способна сделать кого-то невидимым? А что это за небылица о волшебной сумке? Нет, нет, добрый человек, мы никогда не слыхали о таких чудесных вещицах. Впрочем, у тебя ведь два глаза, а не один на троих, как у нас, поэтому ты скорее разыщешь эти чудеса, нежели мы.
Услыхав это, Персей готов был поверить, что грайи в самом деле ничего не знают о нимфах. Юноше стало неловко, что он без нужды причинил им столько беспокойства, и он уже собирался отдать им глаз и извиниться за случившееся, но Ртуть удержал его за руку.
– Не позволяй им одурачить себя, – настойчиво проговорил он. – Эти женщины – единственные существа во всем мире, способные указать тебе, где найти нимф. Если ты не узнаешь этого, тебе ни за что не удастся добыть голову Медузы Горгоны. Не отдавай глаз даром, и все закончится хорошо.
Персей последовал совету Ртути и правильно сделал: немного найдется на свете вещей, которыми бы люди дорожили больше, чем зрением. Грайи не были исключением из этого правила. Поняв, что другого средства вернуть глаз нет, они сообщили Персею все, что он хотел знать. Поблагодарив старух за оказанную услугу, Персей вернул глаз одной из них и отправился в путь. Однако прежде чем юноша успел отойти от них, все трое опять заспорили: оказалось, что Персей случайно отдал глаз Пугалу, которая пользовалась им последней.
Боюсь, у этих дам вошло в привычку ссориться и спорить по всяким пустякам. Странно, что они не научились жить в согласии, ведь они никогда не разлучались друг с другом и не могли обойтись одна без другой. Я бы посоветовал братьям и сестрам, молодым и старым, словом – всем, кому придется иметь «один глаз на троих», быть терпимее друг к другу и не пытаться завладеть им в одиночку.
Тем временем Ртуть и Персей пустились на поиски нимф. Благодаря чрезвычайно точным указаниям старух искать им пришлось недолго. Нимфы оказались существами, совершенно не похожими на Кошмар, Дрожь и Пугало. Это были прелестные юные создания: у каждой из них было по два глаза, и глаза эти ласково смотрели на Персея.
Казалось, нимфы уже были знакомы с Ртутью. Во всяком случае, когда он рассказал об отважном предприятии, задуманном Персеем, они немедленно выдали ему бесценные предметы, находившиеся под их охраной. Прежде всего они снабдили Персея маленькой, искусно вышитой замшевой сумкой, которую велели хранить, как зеницу ока: это и была волшебная сумка. Затем они принесли башмаки – точнее, сандалии с крошечными крылышками на пятках.