Казанова. Она рассудила правильно: возможная месть Сантиса меня бы не испугала, а вот отказать в благодарности за минуты счастья…
Андреа (быстро подходит к столику и открывает его). Берите! Живее! (Передает кошельки Казанове.) Отойдите от окна, вас не должны видеть… Теперь и я понял, почему Сантис так рано стучал к вам утром под предлогом приглашения на увеселительную поездку. Настроение его было далеко не праздничным: он гримасничал, скрежетал зубами… Вот пятьдесят. Добавочных. И еще сотня. Вы едете в Брюссель? Это близко. Я бы советовал в Голландию…
Казанова. А может, в Америку?
Андреа. Еще лучше.
Казанова. Это далеко, и здесь не хватает… (Указывает на кошельки.)
Андреа. Вот еще… две сотни…
Казанова. Вы и проценты повысите?
Андреа. Ваша безопасность дороже процентов… Ведь она означает сохранность моих денег. Но удастся ли вам бежать средь белого дня?
Казанова. О, я буду неузнаваем… (Поворачивается на мгновение спиной, выворачивает плащ наизнанку, изменяет осанку и стоит перед Андреа, нацепив еще небольшую накладную бородку; говорит измененным голосом). Вы усомнились, что это я?.. (Вновь поворачивается и возвращается к прежнему виду.) Через год я явлюсь рассчитаться с вами.
Андреа. Вряд ли вы найдете меня здесь.