XXIII
Первые слѣды
Между тѣмъ путешествіе длилось уже цѣлый мѣсяцъ; друзья наши начали приходить въ отчаяніе. Они шли по направленію къ столицѣ, потому что вездѣ имъ говорили, что туда направляются всѣ иностранцы.
Наконецъ, они достигли того селенія, гдѣ когда-то игралъ Ноно.
Когда они, по своему обыкновенію, войдя въ селеніе, начали играть, добрая женщина, которая помогла Ноно, узнала теперь одну изъ пѣсенъ Ноно и спросила Ганса, не изъ Автономіи ли онъ тоже?
— Почему вы это спрашиваете, тетушка?
Женщина разсказала имъ, что нѣсколько времени тому назадъ проходилъ тутъ мальчикъ ихъ лѣтъ. Онъ игралъ пѣсенки, похожія на тѣ, что они играютъ, — пѣсни, которыхъ она больше никогда не слыхала. По ея описанію Гансъ и Мабъ узнали своего друга. Ихъ сердца забились отъ радости, — наконецъ, они напали на слѣды Ноно. Когда женщина добавила, что она посоветовала мальчику итти въ Монайю, они немедленно отправились туда.
Въ селеніяхъ по дорогѣ музыка Ноно оставила по себѣ память. И они шли впередъ, все болѣе и болѣе увѣренные, что имъ удастся розыскать товарища.
Однажды къ вечеру они пришли на ту ферму, гдѣ Ноно ночевалъ. Они предложили, чтобъ въ обмѣнъ на ихъ музыку и танцы Пенмокъ имъ дали кусокъ хлѣба и мѣсто на сѣновалѣ.
Но фермеръ, занятый починкой курятника, видя, что нужно будетъ дать три чашки супа, потребовалъ платы, надѣясь, конечно, что музыку онъ услышитъ и сверхъ платы.