Гансъ съ радостью замѣтилъ, камера Ноно въ первомъ этажѣ. Онъ постарался запомнить малѣйшія подробности. Разсмотрѣлъ внимательно всѣ знаки, по которымъ потомъ онъ могъ бы узнать это оконце. Дворъ, гдѣ они стояли, былъ обнесенъ лишь одной стѣной; правда, стѣна охранялась часовыми, но это имѣло мало значенія…
Поднявшись на площадку башни, откуда тюремщикъ хотѣлъ показать имъ картину города, Гансъ съ радостью увидалъ, что дворъ, на который выходило оконце камеры, самъ выходилъ на обсаженную деревьями площадь, хорошо знакомую Гансу и обыкновенно пустынную.
Сердце друзей было переполнено радостью, и они торопились теперь уйти, чтобъ обмѣняться впечатлѣніями.
Къ тому же нечего было больше осматривать, и приближался часъ, когда тюремщику нужно было снова итти на дежурство. Гансъ и Мабъ поблагодарили своего мнимаго родственника и почувствовали немалое облегченіе, когда вышли изъ стѣнъ тюрьмы. Гансъ быстро составилъ планъ освобожденія Ноно. Кротъ долженъ прорыть ходъ до самой камеры, достаточно широкій для того, чтобъ черезъ него могъ пролѣзть Ноно. Ласточка передастъ Ноно напильникъ, чтобъ онъ могъ перепилить свои оковы, и письмецо, чтобъ онъ помогъ съ своей стороны кроту вывернуть каменныя плиты пола. Рѣшили попытаться освободить Ноно сегодня же ночью.
XXVI
Пробужденіе
Сильно билось сердце у нашихъ друзей, когда они съ кротомъ въ карманѣ, въ сопровожденіи Пенмокъ, спустились со своего чердака довольно поздно вечеромъ. Ласточка ждала ихъ у дверей.
Было около полуночи, когда они пришли на площадь, гдѣ ихъ ждалъ Непокорный. Была чудная лунная ночь. Правда, это немного смущало нашихъ заговорщиковъ, но зато это позволяло Гансу, взобравшись на дерево, различить оконце камеры Ноно и указать это оконце ласточкѣ. Онъ привязалъ ей на шею записочку и далъ въ клювъ напильникъ, и ласточка полетѣла къ окну. Но оконце было закрыто. Нужно было какъ-нибудь привлечь вниманіе Ноно, заставить его открыть оконце. Гансу и Мабъ пришла счастливая мысль сыграть что-нибудь изъ его любимыхъ мотивовъ.
Изъ предосторожности они взяли съ собой свои инструменты и по дорогѣ не разъ останавливались, чтобъ поиграть. Настроивъ инструменты, они заиграли ихъ любимую пѣсню: