— Машина ещё хорошая. В хозяйские руки попадёт — походит долго… Поршневые кольца, говоришь, надо сменить? Ну, это дело пустяковое, я вам помогу, в случае чего. А аккумулятор можно у нас в гараже перебрать.
Он сам, видимо, заинтересовался этим предприятием и, уже когда ложились спать, сказал:
— В случае чего — обращайся ко мне!
Мирон Васильевич не мог уснуть: рассказ сына разволновал его.
Ну и мальчишка! Побывал у директора, побывал у парторга, обошел весь завод, со всеми перезнакомился… Совсем какие-то особенные ребятишки растут. Времена! Переменились времена, да и как здорово переменились!
Вспомнилось своё детство, своя молодость. В девять лет пошёл коногоном в старательскую артель. Солнце жарит, дождь льёт, холодно ли, жарко ли, а Мирон пески возит: из шахты к берегу на промывку, с берега на пустой таратайке опять к шахте. Весь в поту, рубаха вся засолонела, снимешь — стоит коробом.
Наконец, стал забойщиком и вдоволь испытал, какой он такой — труд забойщика.
Первый грузовик увидел после революции, тогда ему было, пожалуй, лет двадцать. Не без опаски подошёл к машине Она стояла смирно, не шевелясь, и он тогда потрогал тугие скаты, горячий радиатор, заглянул в кабину. Помнится, у машин того времени совсем другое устройство было — переключение скоростей помещалось где-то сбоку, за бортом кабины Чудно! Сразу в голову ударило: какое дело — автомобиль!
В двадцать пять лет добился-таки своего — получил права водителя. В двадцать пять лет! А этому сколько? Десять? А он уж, смотри-ка ты, рвётся мотоцикл водить! И поведёт, будьте спокойны! Он уже привык к машинам, ему жизнь не в жизнь покажется без машин…
Хорошо это или плохо? Даже не задумываясь, Мирон Васильевич ответил себе: хорошо! Очень даже хорошо, что ребята с малых лет привыкают возиться с машинами! Машина — она самый близкий друг, помощник человека, весь порядок в жизни меняет…