— Напрасно!
— Почему? Пускай посмотрит завод. Увидит, как там всё сложна устроено — будет лучше учиться. Поймёт, что без знаний сейчас в жизни дороги нет.
— Да, но ведь такие прогулки опасны. Второй мальчик потерялся.
— Во-первых, мальчик нашёлся. И пяти минут не пробыл один, сразу железнодорожники подобрали. Во-вторых, на заводе ничуть не более опасно, чем на улице. Ведь ты пускаешь его одного на улицу, а там грузовики, мотоциклы, тракторы, провода висят — мало ли опасностей…
— Хорошо, что так кончилось и мальчика нашли. Могло быть хуже.
— Ничего не могло быть. Все твои страхи напрасны. Стремление сберечь ребят от всего, что нам кажется опасным приводит к тому, что они растут в тепличных условиях. Вот и вырастают этакие мимозы.
— Вот как!
— Подожди, подожди! Что такое? — вдруг сказал он и замолчал, углубившись в газету. — Смотри-ка! Тракторостроители включились в борьбу за коллективный стахановский труд… Ты только прочти… На первой странице…
— Что делается! Что делается! — говорил он возбуждённо и радостно. — Стоило нам начать борьбу за стахановский завод, как уже за нами пошли тракторостроители. Вот что значит — соревнование! Какой подъём, а?
— Не только тракторостроители, — заметила мама. — Вот ещё одна заметка: комбайновый завод тоже переходит на коллективный стахановский труд.