— Понимаете ли вы, как опасно иметь дело с машинами? — вторично прервала она Павлика.
— Ничего не опасно. У нас будет руководитель, он нам всё объяснит, — хмуро проговорил Толя и тут же оглянулся на Павлика, чтобы узнать, правильно ли он возразил.
Но Павлик и сам растерялся: его так упорно прерывали, что он не знал, что и делать.
— И потом это такое трудное дело — машины, — продолжала Екатерина Павловна. — Техника, она же очень сложная, ребята, вам она ещё не по силам, поймите!
— Мы понимаем, Екатерина Павловна! — начал было говорить Павлик, но Толя стремительно выпалил: — Мы не бестолковые какие-нибудь, разберёмся. А если вы не хотите нашего кружка организовать, так ещё к Степану Ильичу сходим…
Екатерина Павловна поморщилась, потом морщинки распустились, а одна между бровями так и осталась, не хотела разглаживаться. «Рассердилась!» — подумал Павлик. Но Екатерина Павловна ничем не выдала своего недовольства, только покачала головой:
— Ох, ребятки, ребятки! Значит, решили окончательно и бесповоротно?
— Окончательно! — в два голоса ответили ребята.
— Хорошо! — Екатерина Павловна ещё раз просмотрела письмо парткома, положила его в папку, захлопнула её и сказала: — Хорошо! Я запишу вас. Когда наберётся человек двадцать — начнёте заниматься..
— А сейчас? — всколыхнулся Павлик.