— А хочешь, я тебе сейчас уши надеру? — сказала Нина и так решительно шагнула к Толе, что тот невольно шарахнулся в сторону.
Все захохотали, и Толя, мгновенно опомнившись и вспыхнув, как: кумач, ринулся ей навстречу.
— Тихо, тихо! — вмешался Юрий Николаевич. — А почему бы, в самом деле, не принять девочек? Среди женщин такие гонщицы встречаются — только держись! Павлик, запиши!
Павлик неохотно записал фамилии девочек.
Когда всё было подготовлено, наступило самое интересное — разбор мотоцикла.
От рамы открепили гондолу, сняли колёса, пузатый бензобак, выхлопную трубу. Потом вытащили мотор, и сразу мотоцикл стал похож нз скелет неведомого животного, беспомощно посматривавшего на ребят подслеповатой пустой фарой и бессильно растопырившего широкие рога руля.
— Ну, чисто козёл! — смеялся Толя. — И не подумаешь, что когда-то был мотоцикл…
«Цехи» занялись разборкой и чисткой узлов машины; Юрий Николаевич назначил начальников. Моторным корпусом командовал Павлик Столетов — на его обязанности лежала подготовка мотора.
Гриша Тихонов возглавил цех электриков — у него отец работал з аккумуляторном цехе, так что былое кем посоветоваться в случае какой-нибудь трудности. Электрики ремонтировали фару, проверили всю проводку на машине и, самое главное, разобрали весь аккумулятор.
Толе Васильченко, к его великому огорчению, достался кузовной цех: вместе с девочками он должен был привести в порядок гондолу, починить сёдла и заклеить камеры у колёс. Много крови попортили Толе насмешницы-девочки, не раз мальчика подмывало прибегнуть к помощи тумаков, но он, помня свою первую стычку с Ниной Жмаевой, сдерживался и посапывал. Впрочем, девочки работали хорошо, добросовестно и аккуратно, так что даже строгий Юрий Николаевич не мог найти никаких изъянов.