— Горе вам! Горе вам! Бегите, лилипуты! Мы грозные мстители! Мы тени толстосумов!
Ух, какой мороз пробрал караульных! Они хотели, было, выхватить сабли, но от страха у них отнялись руки и только ноги могли двигаться.
Они мигом очутились у окон, выскочили в темноту и бежали без передышки, пока не достигли домов фабричного поселка.
И что ж обнаружилось? На утро снова не хватало двух стен.
На другой вечер я пошел караулить вместе с другой стражей… и ровно в полночь…»
Голос его оборвался. Воспоминание о жуткой ночи, видимо, сдавило ему грудь, и он еще крепче прижался к великану, у которого начало играть воображение.
Муц ясно представил себе призраков, слышал их глухие голоса и стук их костей.
Что же будет, если призраки опять появятся сегодня ночью? У него пронеслись в голове все рассказы про призраков, которые он когда-либо читал или слышал. Он стал ежиться, чтобы почувствовать, как мороз проходит по коже, но ничего не получалось. Муц познал за последние несколько дней столько опасностей, что никак не мог заставить себя бояться. Кроме того, глаза его слипались, он сильно устал от первого полета. Он успел только пролепетать:
— Разбудите меня, когда придут привидения, — и свалился на траву.
Буц привык к лишениям. Он не свалился и выглядел, по своему обыкновению, молодцом. В ушах его звучали слова Всезная: «Их нужно переловить!»