— А ты?
— Я получил удар в голову и рухнул наземь.
Муц, видимо, стал что-то соображать. По крайней мере, глаза его начали яснее видеть. Так, например, он увидел, что и у Буца рана в голове, что рядом с его ложем стоит множество маленьких кроваток, с которых слышатся стоны раненых; он заметил, что крохотные женщины и девушки, одетые во все белое, обходят раненых с бутылочками для лекарств и мисками для умыванья. Его же кровать окружена вооруженной стражей.
У солдат висели через плечо маленькие винтовки и маленькие сабли у пояса. На головах у них были широкополые шляпы, а на спинах у некоторых бело-красные крылья. Все они были стройны и мускулисты. Они с строгим видом посматривали на постель великана, перешептывались, и видно было, что они ничего не знают о Шмеркенштейне и никогда не видывали великанов.
«Теперь они меня разорвут на части, как письмо Пипина» — подумал Муц, но все равно не смог бы сопротивляться, так как всю ночь пролежал в обмороке и был очень слаб.
«Или сведут меня с ума, как Бидибуци» — пронеслось у него в голове. И стал вспоминать все страшные истории, которые ему пришлось слышать…
Короче говоря, он немного струхнул. А Буц тот молчаливо и храбро сидел на краю кровати. Он держал раненую голову прямо, как свечку, зажал в обеих руках дубинку и мрачно смотрел на собравшихся жителей Страны Чудес. А те лишь улыбались, глядя на его худое личико.
Молодая девушка, с длинными белокурыми волосами, промывавшая простреленную руку у одного солдата, указала бутылочкой на Буца и спросила:
— А этот собрался на войну с дубинкой? что ли?
Буц не пошевельнулся сам и не пошевелил дубинкой.