— Это ты дал Модесту?
Курако вскинул голову. Под слоем пыли было заметно, как покраснели его щеки. Он вызывающе ответил:
— И еще раз повторю, если сунется сюда!
Горяинов смерил его взглядом и неожиданно улыбнулся. Присев на грязную «козу», окруженный каталями, он с искренним любопытством принялся выспрашивать, смакуя подробности. Он сам был, по-видимому, доволен, что нашелся смельчак, поколотивший Модеста.
— А французский язык откуда знаешь?
Но Курако угрюмо молчал. Он отказывался отвечать на вопросы, касавшиеся его прошлого.
Козелье — так называлось имение в Могилевской губернии, в лесной белорусской глуши, где родился
Михаил Курако. На холме, возвышаясь над окрестными деревнями, стоял почерневший от времени, но еще крепкий барский дом. В нем обитал отставной генерал Арцымович.
Его уволили в отставку после того, как, вспылив, он публично назвал дураком своего начальника, приближенного к государю вельможу. Опираясь на костыль, он ходил в генеральской фуражке и длинном военном кителе без погон. Костылем он бил провинившихся слуг, вереща на месте скорый суд.
В генеральской библиотеке имелось собрание книг на русском и французском языках, быть может, единственное на сотни верст вокруг. Арцымович ежедневно проводил в библиотеке много часов; иногда видели у окна его старчески высохшее, темное лицо с тусклым, устремленным недвижно вдаль взором.