Берко рванулся.
— Стой, куда ты! — схватив его за руку, пытался удержать Штык.
Берко вырвался и, гулко топая неуклюжими сапогами, побежал вон из коридора по плиточному полу.
Фельдфебель повел глазом, но остался стоять в каменной стойке.
В казарме пело со всех сторон и во всех этажах; четыре хора по триста звонких голосов то обгоняли, то отставали один от другого, напоминая смутный ропот волн.
Берко не посмел выбежать из казармы наружу и, уткнувшись лицом в угол к камню стен, замирая, шептал слова вечернего «шема»:
— «Ты, устанавливающий сумерки, премудростью открывающий небесные врата… прогоняющий свет перед тьмою и тьму перед светом…»
Между тем хоры смолкли. Рота Берка стояла по прежнему навытяжку. Фельдфебель форменно повернулся к строю лицом и после некоторого молчания спросил:
— Кто вышел вон из строя?
— Берко Клингер, господин фельдфебель. Из слабой команды.